1. Основные проблемы курса истории Кубани Данная учебная дисциплина занимает важное место в системе изучаемых исторических дисциплин и является неотъемлемой частью общегуманитарной подготовки 4 страница

В январе1837 года Хан-Гирею присваивают чин полковника, а апреле 1837 года он получает придворное звание флигель-адъютанта российского императора. Правительство России намеренно покровительствовало Хан-Гирею и готовило его как опытного политика, чтобы в последствии использовать, как проводника между Россией и Кавказом для установления его мирного присоединения к Империи.

Кирилл Васильевич Россинский (1774 - 1825), протоиерей Черноморского казацкого войска, проповедник, просветитель Черноморского края.

Родился 17 марта 1774 года в г. Новомиргороде, в семье священника-малороссиянина.

Учился в Новороссийской духовной семинарии, где 20 апреля 1795 года был посвящен в стихарь для проповедования слова Божия. По окончании семинарии поступил учителем информаторского класса и Закона Божия при Новороссийской семинарии.

В 1798 г. вступил в брак, 13 июня того же года был рукоположен в священники и, оставив учительскую службу, 24 августа был определен клирикомНовомиргородской Богородице-Рождественской церкви.

Строгий образ жизни и красноречивые проповеди обратили на о. Кирилла внимание епархиального начальства, — и ему было поручено учить произнесению проповедей вновь поставляемых священников при кафедральной церкви.

В 1800 г. был возведен в сан протоиерея и переведен в г. Таганрог, где его проповеди заставили говорить о нем, как о редком явлении на церковной кафедре.

19 июня 1803 года был назначен в город Екатеринодар войсковым протоиереем Черноморского войска и первоприсутствующим Екатеринодарского духовного правления.

Благодаря выдающемуся уму, талантливости и обширным и, по тому времени, разносторонним знаниям, о. Кирилл скоро приобрел среди Черноморского войска и населения его большой вес и значение, что очень помогало ему в его последующей деятельности. Озабочиваясь малым количеством в крае священников (всего 10 человек) и не имея возможности вызвать подходящих лиц из России, где ходили преувеличенные слухи о гибельном климате Черноморья, прот. Кирилл, с согласия войскового начальства, избрал из местных жителей способных и истинно-расположенных к духовному званию людей, сам обучил их всему необходимому и отправил затем их к Екатеринославскому преосвященному для рукоположения. Так как церквей в крае было всего четыре (не считая часовен), то о. Кирилл иногда месяца по два разъезжал по краю "для испрашивания подаяний на построение церквей". В самое короткое время он заложил на собранные суммы во многих станицах деревянные церкви, вызвал из России мастеров и сам заведовал постройкою церквей. За все время его службы в Черноморье им было заложено и выстроено 27 церквей.



Его дальнейшая деятельность почти всецело была отдана делу просвещения в Черноморском крае, имевшем до него только одно низшее учебное заведение. По справедливости о. Кирилл Россинский и до сих пор именуется "просветителем Черноморского края". По его инициативе существовавшая в Екатеринодаре школа была 14 декабря 1806 г. преобразована в уездное училище; на постройку здания для него и на его содержание войсковая канцелярия постановила отпускать ежегодно пособие в 1500 рублей. Благодаря стараниям о. Кирилла, назначенного смотрителем училища, оно в самое короткое время наполнилось воспитанниками; из России он вызвал хороших преподавателей, среди которых сам он был примерным законоучителем.

Около 1809 г. умерла его жена, ее смерть сильно подействовала на о. Кирилла; по просьбе заштатного протоиерея И. Гоздава-Бочковского, он согласился уступить ему свое место, а сам намеревался идти, "по своему одиночеству и вдовству", в монастырь; на эту комбинацию не согласился екатеринославский архиеп. Платон (Любарский), к которому поступило из Св. Синода прошение о. Гоздаво-Бочковского, — и о. Кирилл остался в Черноморье.

В 1811 г., по ходатайству о. Кирилла, в уездном училище был образован первый класс гимназии, чем было положено начало к учреждению в Екатеринодаре гимназии, открытие которой составляло заветную мечту протоиерея Кирилла. Чтобы увеличить приток учащихся в уездное училище и, вместе с тем, подготовить контингент учеников для гимназии, о. Кирилл задался целью открыть приходские школы. Не рассчитывая на помощь войсковой канцелярии, он вновь обратился к благотворительности; напечатав и распространив высочайшую грамоту 1806 г. Черноморскому войску за пожертвования на учебное дело, он собрал сумму денег, достаточную для открытия трех школ, каковые и открыл в Темрюке, Щербиновке и ст. Брюховецкой. Надзирателями в эти школы он выбрал лиц из зажиточных и почетных жителей, которые, на основании Устава, должны были заботиться о внешнем и внутреннем благосостоянии школ; у екатеринославского архиепископа он испросил разрешение на преподавание в школах латинского языка и нотного пения для детей священно- и церковнослужителей, с правом отчислять за это на школы известную часть кружечного сбора. Вскоре он открыл четвертое училище — в Гривном.

Неожиданно в 1815 г. екатеринославский архиепископ Иов (Потемкин) запретил пользоваться церковно-кружечными суммами, потребовав от о. Кирилла отчета в израсходовании этих сумм; все оказалось правильным, но источник доходов иссяк, благодаря чему многие учителя оставили свои места. Время с 1815 г. по 1817 г. было самым тяжелым в жизни о. Кирилла, — временем борьбы его за существование школ. Школьное дело было спасено, когда в 1817 г. явился благотворитель — Курский купец С. В. Антимонов, который пожертвовал 6500 рублей, благодаря коим было упрочено существование открытых школ.

Заботясь о просвещении и образовании детей духовенства Черноморского края, о. Кирилл открыл в августе 1818 г. духовно-приходское училище и был первым его смотрителем. В 1819 г. он открыл еще школы в станицах: Риговской, Темрюке, Медведовской, Кущевской, Леушковской и Пластуновской.

1 декабря 1819 г. было высочайше разрешено на собранные о. Кириллом 45000 рублей открытие гимназии в Екатеринодаре, которое состоялось 17 мая 1820 года. Первым директором ее, в изъятие правил, был назначен о. Кирилл. Его стараниями была при Гимназии сформирована библиотека, куда поступили книги из войсковой канцелярии, Межигорского монастыря и др. мест; о. Кирилл не щадил на нее средств: все лучшее, что тогда выходило, — учебники и специальные ученые сочинения, — все приобреталось в библиотеку. Кроме наук, положенных по Уставу, в котором числились и изящные науки, основания политической экономии и коммерции, а с 1821 г. и греческий язык для желающих. О. Кирилл, ввиду особого, как он говорил, военного характера населения, свел еще преподавание военных наук: артиллерии и фортификации; он хотел также ввести в курс и турецкий язык, но не нашлось для этого подходящего преподавателя.

В своей деятельности он был совершенно лишен поддержки войсковой канцелярии, и только Харьковский университет, в ведении которого находилось школьное дело Черноморского края, являлся единственным пособником и ходатаем за его дело, неоднократно давая блестящие отзывы о его деятельности. Два года (1821 и 1822) о. Кирилла преследовала клевета за то, будто он занимался взяточничеством и присвоением общественных сумм; расследование совершенно сняло с него эти обвинения. Напряженная деятельность, при отсутствии поддержки, подорвала силы о. протоиерея; в начале 1825 г. он заболел и, не имея более возможности отправлять свои служебные обязанности, просил школьный комитет Харьковского университета об отставке. После многих попыток удержать его, комитет, наконец, предписал о. Кириллу сдать должность по форме одному из учителей, но окончить сдачу дел и имущества гимназии он не успел.

Скончался 12 декабря 1825 года он скончался. Погребен в Екатеринодарском Воскресенском соборе, по левую сторону алтаря. Над прахом его не поставлено памятника, но на портрете его, который хранился в Екатеринодарском окружном училище, собственною рукою о. Кирилла написаны слова, знаменующие всю его жизнь: "Alienis inserviendo consumor" (лат. служа другим, сгораю).

О. Кирилл Россинский был известен, как писатель и сотрудник журналов "Соревнователь Просвещения" и "Украинский Вестник". Он был членом Харьковского Общества наук, считавшего его в числе своих внешних членов по отделению словесных наук, Императорского Человеколюбивого Общества, почетным членом Санкт-Петербургского Вольного Общества любителей Российской словесности.

С 1999 года его имя носит Институт международного права, экономики, гуманитарных наук и управления г. Краснодара.

Награды

· бархатная скуфья, палица

· орден св. Анны 3-й степени (19 января 1812, за заслуги по делу просвещения в крае)

Труды

В 1815 г. составил руководство под заглавием: "Краткие правила Российского правописания" (дважды изданные в Харькове, иждивением Черноморского войска подполковника С. M. Дубоноса); кратко, просто и понятно изложенные правила составлены были так рационально, что могли бы с пользою служить еще и теперь, тогда же они были редкое, если не единственное явление в России.

Речи его издавались в 1818 ("Речь при публичном собрании в Екатеринодарском Уездном Училище 1816 года июля 30-го. Харьков) и в 1820 ("Речь при открытии Черноморской гимназии в Екатеринодаре, 1820 г., мая 17-го"t, СПб. и "Речь при публичном собрании, в заключение годичного испытания, в Екатеринодарском Училище", Харьков) годах.

Занимался он также иногда и стихосложением.

21. На протяжении всей научной деятельности П. П. Короленко (1834–1913) состоял членом пяти научных обществ: Общества любителей изучения Кубанской области (ОЛИКО), Кубанского областного статистического комитета (КОСК), Одесского общества истории и древностей (ООИД), Харьковского историко-филологического общества (ХИФО), Таврической Ученой Архивной комиссии (ТУАК).

В 1879 г. был организован и начал работу КОСК. Значительна часть его научно-краеведческой деятельности была связана с исторической проблематикой. В комитете работали известные историки-краеведы Е. Д. Фелицын, Ф. А. Щербина, В. С. Шамрай и др. По данным адрес-календаря Кубанской области, Короленко занимал должность помощника председателя и был почетным членом комитета [1]. С начала работы комитет стал регулярно выпускать "Кубанские сборники" и "Кубанские календари". С 1879 по 1915 гг. было опубликовано 22 работы П. П. Короленко по местной истории. В 1911 г. в "Кубанском сборнике" опубликована одна из лучших работ историка, посвященная переселению казаков за Кубань [2].

В 1897 г. в Екатеринодаре было создано ОЛИКО. В работе общества была заметна деятельность товарища председателя правления П. П. Короленко. По воспоминаниям Б. М. Городецкого, "Это человек уже почтенного возраста, всегда задумчивый и мало разговорчивый" [3]. По инициативе Короленко ОЛИКО проделало большую работу по сохранению и перевозке в Екатеринодар станичных архивов [4]. В декабре 1899 г. Прокофием Петровичем на заседании общества прочитан доклад "О необходимости собирания архивных материалов по истории Кубанских казаков", а в ноябре 1901 г. – "Об архивах Северного Кавказа вообще, и в частности об Екатеринодарских архивах". Историк эту проблему остро чувствовал, так как сам был архивариусом. На XII Археологическом съезде в Харькове (с 15–22 августа 1902 г.) им был прочитан доклад "Войсковой архив Кубанского казачьего войска", вызвавший интерес [5]. Как видный деятель, внесший вклад в изучение истории края, П. П. Короленко в мае 1900 г. избран почетным членом ОЛИКО [6]. По просьбе правления общества Короленко написал труды "Первоначальное заселение черноморцами Кубанской земли", "Екатеринодарский войсковой собор" и др. [7].

Прокофий Петрович активно сотрудничал с ХИФО, созданным в 1876 г. при Харьковском университете. Первое знакомство историка с работой общества, возможно, состоялось в 1880 г. В приказе по Управлению наместника Кавказского сообщалось: "Увольняется: в отпуск старший делопроизводитель Кубанского Областного правления, коллежский асессор Короленко – с 25 марта 1880 года, в гг. Харьков, Полтаву, Киев, Одессу и другие места в Крыму" [8]. В отпуске он был два месяца и, естественно за это время смог лишь ознакомится с материалами библиотеки Харьковского университета и его архивом, установить научные связи с профессорами и преподавателями. Достоверно известно, что 20 января 1891 г. Короленко был предложен профессором Д. И. Багалеем в члены ХИФО. С 17 февраля 1891 г. Короленко вписан в члены этого общества [9].

Об этом событии Короленко вспоминает: "В бытность свою в г. Харькове занялся выборкой исторических материалов из Харьковского исторического архива и университетской библиотеки на русском и польском языках – который немного понимал. Там меня избрали членом исторического Общества, заседания которого я постоянно посещал" [10].

Работа кубанского историка в архиве ХИФО запомнилась одному из ведущих профессоров университета Д. И. Багалею. Он писал: "В Историческом архиве… работали как местные ученые, не принадлежащие к составу университетских преподавателей, так и приезжие: профессор Мякотин, Н. П. Василенко, П. П. Короленко… и др." [11]. 7 марта 1891 г. проф. Д. И. Багалей на заседании ХИФО прочитал отрывки из сочинения Прокофия Петровича "Об Азовцах". Эта работа получила высокую оценку у присутствующих [12]. По материалам, собранным ранее в сборнике ХИФО, публикуется его этнографическая статья "Черноморские заговоры", а в 1896 г. по итогам работы в Харьковском историческом архиве публикуются "Материалы по истории войска Запорожского". В Краснодарской краевой научной библиотеке им. А. С. Пушкина хранится эта работа с дарственной надписью автора. Находясь в Харькове в 1891 г., Короленко дарит М. М. Плохинскому – члену ХИФО и преподавателю истории в Харьковской гимназии – свою работу "Черноморцы". До настоящего времени экземпляр этой работы хранится в отделе редких книг Харьковской национальной научной библиотеке им. В. Г. Короленко.

Что касается ООИД, то мы не располагаем точной информацией о том, в каком году П. П. Короленко стал членом этого общества. На страницах "Археологических известий и заметок", издаваемых Московским археологическим обществом, автор данной статьи выяснил: к 16 августа 1893 г. Короленко был уже действительным членом ООИД, т. к. на одном из его заседаний "было прочитано письмо действит. чл. П. П. Короленко из Екатеринодара" [13].

За 17 лет сотрудничества с ООИД в трудах общества опубликовано пять работ историка: "Ачуев" (1896), "Письмо Н. Т. Белого к П. П. Короленко о Сидоре Белом" (1898), "Записки по истории Северо-Восточного побережья Черного моря" (1910) и др.

В 1887 г. в Симферополе была создана ТУАК, цель которой – изучение исторического наследия Крыма [14]. Сотрудничество Короленко с ТУАК началось в 1896 г., когда комиссия получила первое письмо историка, предложившего публиковать его работы по материалам найденным в Екатеринодарском войсковом архиве, касающиеся периода, когда Черноморское казачье войско находилось в ведении Таврического губернского управления.

4 октября 1896 г. Прокофий Петрович был принят в действительные члены ТУАК. В 1898 г. на заседании ТУАК было "доложено письмо члена комиссии П. П. Короленко, с просьбой сообщить правила и постановления, по которым Архивная комиссия начала и продолжает свои действия, размеры членского взноса, если таковой существует". Было решено "сообщить г. Короленко нужные ему сведения" (15). За 14 лет сотрудничества опубликовано в "Известиях ТУАК" шесть работ историка. Среди них – "Войсковые фабрики и заводы Черноморского казачьего войска" (1899), "К истории Кубанского войска. Документы Кубанского войскового архива, касающиеся деятельности правителя Таврической области Жегулина" (1903) и т. д. Краевед неоднократно дарил библиотеке ТУАК свои работы. В 1902 г. он подарил работы "Кошевые атаманы Черноморского казачьего войска XVIII столетия" и "Горские поселенцы в Черномории" [16].

Харьковский исследователь С. Б. Шоломова утверждает, что Прокофий Петрович был почетным членом Ставропольского губернского статистического комитета [17]. Мы не можем с уверенностью подтвердить этот факт, но нами установлено, что в 1906 г. он опубликовал в "Историческом календаре Северного Кавказа", выходившем в Ставрополе, свою работу, посвященную истории колонизации Закубанского края [18]. Данная сторона жизни П. П. Короленко еще нуждается в изучении.

Современники называли Фелицына "энциклопедией Кавказа", "живой летописью". О нем говорили, что он "труженик, который вдали от главнейших центров науки единоначальным трудом, при ничтожных средствах накопил необходимый материал для создания священного здания науки". Е. Д. Фелицын — зачинатель многих полезных дел в общественной и культурной жизни как Кубанской области, так и Северного Кавказа. В июле 1879 года при его участии в г. Екатеринодаре был открыт Кубанский областной статистический комитет, первым секретарем которого становится Евгений Дмитриевич. Родился историк 5 марта 1848 года в семье военного в г. Ставрополе. Образование получил в Тифлисском военном училище. В 1873-м был направлен в Екатеринодарский конный полк в чине хорунжего и прикомандирован к штабу Кубанского казачьего войска. Через год его приписали казаком к станице Северской. В исторических источниках, литературе, прессе, воспоминаниях современников, отчетах Кубанского войскового музея обозначена дата создания музея - 1879-й. В этот период в отдельной комнате помещения Кубанского областного статистического комитета, на углу улиц Красной и Штабной, располагались коллекции предметов археологии, этнографии, палеонтологии и геологии, собранные Е. Д. Фелицыным и ставшие основой музея. Фелицын, выполняя обязанности офицера по особым поручениям Кубанского войскового штаба и Кубанского областного правления, совершил в 1878-1879 годах многочисленные поездки по Кубанской области, в Баталпашинский и Майкопский отделы, где и собрал самые первые экспонаты коллекции древностей. Это были археологические находки, предметы этнографии горских народов, карты, документы. Впервые он представил свои находки в 1878 году на выставке Императорского общества любителей естествознания, антропологии и этнографии в Москве. Его коллекция составила третью часть всей этнографической выставки. Организаторы высоко оценили труды Фелицына, наградив кубанского ученого золотым председательским жетоном. Впоследствии он становится членом комитета выставок этого общества.

Фелицин

По описанию исторических документов, экспозиция музея состояла из двух разделов. Основной раздел представлял коллекции по археологии, этнографии, палеонтологии, зоологии, геологии, а также фотографии, карты, документы. Коллекция половецких баб располагалась во дворе статистического комитета. Фелицын собирал их в 70—90-х годах XIX века в станицах Кубанской области, сам организовывал их доставку во двор статистического комитета, зачастую на собственные средства. В 1896 году их было уже более двадцати. В начале XX века эти каменные изваяния экспонировались также во дворе Александровского реального учили­ща, на углу улиц Красной и Гимназической.

В отчете Кубанского статистического комитета уже в конце 1879 года Фелицын поставил вопрос о выделении постоянного просторного помещения для войскового музея.

В октябре-ноябре 1879 года Фелицын с действительными членами статистического комитета В. Сысоевым и Султаном Крым-Гиреем экспонировали новые коллекции музея на антропологической выставке в Москве. Вместе с этнографическими предметами быта горцев были представлены предметы казачьего быта. В исторических документах сохранилась первая опись предметов музея за 1879 год.

В 1879 году при статистическом комитете создается библиотека, которая в начале XX века станет одним из отделов Кубанского войскового музея. В числе первых книг, купленных для нее, была "История Сибирского казачьего войска". В первые годы деятельности музей с помощью внештатных сотрудников проводил большую работу по исследованию археологических памятников, дольменов, древних христианских храмов, памятников старины Тамани, русских крепостей. В 1879 году Фелицын сделал зарисовки хаты, в которой останавливался в Тамани поэт М. Ю. Лермонтов. Особо ценные находки Е. Д. Фелицын отправляет в Петербург — в Эрмитаж и в Москву — в Российский исторический музей, а также в Кавказский музей в Тифлисе.

В 1879 году Е. Д. Фелицын проводит археологические раскопки с членом Императорского археологического общества В. Беренштаммом в Екатеринодаре, на берегу реки Кубани, и вместе с учителем К. Живило в станице Григориполисской. В 1886 году участвует в археологической экспедиции Императорского археологического общества в вер­ховьях реки Кубани. Блестящим успехом увенчались в 1889 году раскопки кургана Карагодеуашх близ станицы Крымской. Найденные предметы IV века до н. э. из серебра, золота, бронзы были переданы в Эрмитаж.

В 1892 году Фелицын был назначен председателем кавказской археографической комиссии, и его деятельность в основном сосредоточилась в Тифлисе. Он умер 10 декабря 1903 года в Кубанской войсковой больнице от воспаления мозга, а 12 декабря в Воскресенской церкви, на территории Екатеринодарской крепости, состоялась панихида. Священник Эмидинский произнес речь о заслугах Фелицына, о его бескорыстном и честном служении обществу. В сопровождении двух сотен Екатеринодарского полка и полкового оркестра Фелицын был погребен на офицерской части войскового кладбища. Ныне по ней проходит часть улицы Северной и стоят жилые дома по улице Бабушкина.

"Фелица" в переводе означает вдохновение, озарение. Такой была вся недолгая жизнь кубанского историка. Определяя значение его деятельности для науки и края, один из сотрудников кубанского музея В. М. Сысоев сказал, что память об этом истинном патриоте "живет и служит образцом для высокой научной труженической деятельности".

Сегодняшний музей является одним из крупнейших региональных научно-просветительских учреждений страны, методическим центром для музеев юга России. Коллекции его фондов насчитывают более 500 тысяч памятников истории и культуры. В ноябре 1990 года музею было присвоено имя его основателя Е.Д. Фелицина.

Щербина.

Историк, основоположник бюджетной статистики, писатель, знаменитый на Кубани тем, что в 1910-1913 гг. написал «Историю Кубанского казачьего войска».
Родился 25 (13 по старому стилю) февраля 1849 г. в станице Новодеревянковской в семье священника. Окончил духовное училище в Екатеринодаре, духовную семинарию в Ставрополе, Московскую Петровскую сельскохозяйственную академию и Новороссийский университет в Одессе. По молодости участвовал в народническом революци­онном движении, был привлечен к следствию по делу «Южно-российско­го союза рабочих» и выслан в Вологод­скую губернию на 4 года. В ссылке и после нее, - заведуя Воронежским земским статистическим бюро, Щербина занимался историко-экономическими обследованиями хозяйств в Акмолинском, Кокчетавском, Атбассарском. Павлодарском, Зайсанском, Омском, Петропавловском, Семипала­тинском и Тургайском уездах. Резуль­татом этих трудов стали 10 томов серь­езных исследований, давших право Ф. А. Щербине считаться осново­положником бюджетной ста­тистики.
С 1881 г. - в Кубанской области. Федор Андреевич занимался научными работами в области экономики и статистики, совместно с Е.Д. Фелициным основал Кубанский областной статистический комитет, публиковал работы по истории земельной общины и казачьего самоуправления. За книгу «История Воронежского земства» (1891) получил высшую премию Академии наук. В 1903 г. Щербина был выслан в имение Джанхот Черноморской губернии. До 1920 г. он жил в Джанхоте и Геленджике.
Ф.А. Щербина написал большую работу «История Кубанского казачьего вой­ска» в двух томах, вышедших в 1910-м и 1913 годах (в 1993 г. издательство «Советская Кубань» выпустило репринтное издание).
Ф. А. Щербина, будучи депутатом Государственной Думы, а с 1917 г. - членом Кубанской Рады всех созывов, занимался большой общественной дея­тельностью. В 1920 г. Щербина эмигри­ровал. Находясь за границей он издал книги: «Законы эволюции и русский большевизм»
Умер Федор Андреевич 28 октября 1936 г. Похоронен на Ольшанском кладбище в Праге.
18 мая 1995 г. городская Дума г. Краснодара при­своила новой улице в районе 16-го Полевого Участка имя Федора Щер­бины.
Щербина Федор Андреевич награжден крестом «За спасение Кубани I степени», золотой медалью Русского географического общества и др.

16 сентября 2008 года в Краснодаре на территории Свято-Троицкого собора прошла церемония перезахоронения останков Федора Андреевича. В последний путь его провожали казаки, общественность, депутаты и представители власти во главе с губернатором Краснодарского края Александром Ткачевым.
Через живой коридор из казаков Екатеринодарского отдела Кубанского казачьего войска, кадетов Кубанского казачьего корпуса казаки Почетного караула пронесли гроб с останками Федора Щербины. Затем под ружейные залпы и духовные песнопения мужского коллектива Кубанского казачьего хора гроб опустили в могилу, где теперь и будет покоиться прах великого земляка. Траурная и в то же время торжественная церемония перезахоронения останков Федора Щербины завершилась возложением к его могиле венков и цветов. Под звуки марша казаки прошли строевым шагом мимо захоронения.
«Этот день войдет в летописи истории Кубани и кубанского казачества, - убежден заведующий кафедрой отечественной дореволюционной истории ФИСМО КубГУ, заслуженный деятель науки России и Кубани, академик Валерий Ратушняк. - Как бы хорошо ни относились к Щербине в Праге, но именно здесь, на своей исторической Родине, Федор Андреевич обрел настоящий покой».

Попко

ПОПКО Иван Диомидович - летописец Кубани, родился в 1819 году в станице Тимашевской, в семье священника Диомида Нестеровича Попко. Отец мечтал, чтобы оба его сына (старшийИван и младший Анфим) пошли по его стопам и посвятили свою жизнь служению Богу. Именно поэтому молодой Иван поступает в Астраханскую духовную семинарию. Окончив ее с отличием, едет в Московскую духовную академию. Однако карьера священника не очень привлекала энергичного юношу, с детских лет мечтавшего о военной службе.

В 1840 году Иван Попко покидает академию и поступает рядовым казаком в десятый конный полк. Раздосадованный отец в гневе оставил его без средств к существованию. Семь лет служил Иван на Кубанской народной линии, претерпевая все тяготы и лишения военной службы. Единственным его развлечением стало изучение иностранных языков. На этом поприще молодой казак проявил незаурядные способности, став настоящим полиглотом: он хорошо знал латынь и древнегреческий, владел двенадцатью европейскими языками.

Впрочем, изучение чужеземных наречий не отвлекает его от добросовестного несения военной службы. В 1843 году Иван Попкостановится хорунжим и затем через каждые два-три года получает новый чин. Войсковое начальство берет его в канцелярию - править официальные бумаги. На этой должности Иван Диомидович добивается больших успехов. В 1850 году ему поручают ответственное дело - составить историческую справку. Попко справляется с этим в рекордно короткий срок - за три месяца. На стол казачьего атамана ложится готовое описание 'О состоянии Черноморского казачьего войска с 1 января 1825 по 1 января 1850 года'. Описание было высоко оценено на самом 'верху': ознакомившийся со статистическим трудом Попко, император Николай Первый пожаловал автору бриллиантовый перстень.

Тогда же с Попко произошел интересный случай, ярко иллюстрирующий характер черноморского казака. Императрица Мария Федоровна, узнав, что Попко хорошо владеет немецким языком, пожелала встретиться с ним и побеседовать на своем родном языке. Однако застенчивый казак отвечал на все вопросы императрицы по-русски, чем и рассердил Марию Федоровну. Позже Николай Первый спросил Попко о причинах такого неуважения к императрице.

Иван Диомидович бесхитростно ответил:

- Как бы я хорошо ни изъяснялся по-немецки, но никогда не решусь говорить на нем с государыней, так как это ее родной язык. Ея Императорское Величество может заметить какую-либо ошибку в произношении - и я окажусь в смешном положении. А я смешным быть не хочу.

В дни канцелярской службы И.Д. Попко много и жадно читает, особенно историческую литературу, разбирает войсковой архив, делает выписки. Итогом его научных изысканий стал фундаментальный труд, принесший Попко всероссийскую известность, - 'Черноморские казаки в их гражданском и военном быту', изданный в 1858 году. Эта книга, написанная со знанием дела, с огромной теплотой и любовью к родной земле и своему народу, стала первым историческим трудом, который столь подробно описывал черноморское казачество. Книга была оценена по достоинству как читателями, так и представителями столичной профессуры. Императорская академия в 1861 году отметила работу Попко почетной грамотой.

Помимо 'Черноморских казаков' Попко написал и другие исторические труды. Самым известным среди них стала книга 'Терские казаки со стародавних времен. Гребенское войско'. Кроме того, Попко написал множество очерков в разных изданиях, посвященных жизни казачества.

Дата добавления: 2015-10-21; просмотров: 7 | Нарушение авторских прав


2042185311372735.html
2042247061935865.html
    PR.RU™